Как прожить без бензина

161

За границей входят в моду электромобили и солнечные батареи. Заработают ли на этом россияне?

По дорогам США колесит уже порядка 1 млн так называемых гибридов. Это автомобили с комбинированным двигателем, который может работать как на бензине, так и на электричестве. Такие машины расходуют на треть меньше топлива, чем обычные: 4-5 л на 100 км. А в будущем смогут вовсе обходиться без горючего.

« Вы бы видели, какую я вырастил капусту!
Диоклетиан, римский император в отставке »

Пугающая, казалось бы, перспектива для такой нефтяной державы, как Россия. Однако российские бизнесмены могут еще и заработать на новой технологической моде, если вовремя вложатся в проекты альтернативной энергетики. Например, такой шанс есть у петербургского бизнесмена Бориса Зингаревича.

ВСЕ ДЕЛО В БАТАРЕЙКАХ

В России Зингаревич известен как один из основателей и совладельцев группы «Илим». Это крупнейший в стране лесопромышленный холдинг: три целлюлозно-бумажных комбината, выручка более $1,5 млрд. До недавних пор компания называлась «Илим Палп», и Борису Зингаревичу — на двоих с его братом-близнецом Михаилом — принадлежал в ней контрольный пакет. Но в прошлом году 50% акций группы «Илим» купила американская International Paper. В результате сделки (на рынке этот альянс окрестили «лесной ТНК-ВР») доля Зингаревичей в «Илиме» размылась до блокирующего пакета.

В Америке же лесопромышленного магната из России знают совершенно в ином качестве — как инвестора в местный hi-tech. По данным Комиссии по ценным бумагам и биржам США, Борис Зингаревич является основным бенефициаром (69%) инвестфонда Ener1 Group. Ему подконтрольны компании EnerLook Healthcare Solutions (телемедицина), NanoEner (новые материалы и технологии). Головное предприятие — публичная компания Ener1 — разрабатывает литий-ионные батареи для гибридных автомобилей.

Инвестиции в киловатты: Отечественные капиталисты активно вкладываются в новые виды энергетики

38% — на столько подешевели акции Plug Power после прихода Прохорова и Потанина

Продвигать компанию Зингаревичу помогает Марк Д\’Анастасио, опытный специалист по связям с oбщественностью, инвесторами и госорганами. В частности, представляя интересы Telenor, он помогал норвежцам наладить контакт с российским министром связи Леонидом Рейманом. Как привлечь внимание американцев к гибридным машинам, которые ради экономии на топливе пока что покупать бессмысленно, для Д\’Анастасио тоже не секрет. «В Америке все озабочены глобальным потеплением. Прямо мания какая-то», — говорит он. Отсюда и спрос на гибридные машины, позволяющие снижать выбросы вредных веществ в атмосферу.

Но поскольку в плане экономии денег гибриды большой выгоды автолюбителям не приносят, по-настоящему массовыми они еще не стали. Популярная гибридная модель Toyota Prius, к примеру, накапливает энергию во время езды и торможения, время от времени выключает бензиновый двигатель и едет на «батарейке». В результате на одном литре бензина Prius может проехать 19 км, тогда как обычный автомобиль того же класса проезжает 12,5 км. Получается экономия 2,7 л бензина на 100 км. При годовом пробеге, скажем, 20 000 км американец сэкономит порядка $540 в год. Однако гибридная версия стоит $22 000, что на $4000 дороже обычной машины. Существенную долю разницы в цене составляет стоимость аккумуляторной батареи, которая к тому же весит более 50 кг. Над снижением цены и веса «батарейки» и работает американская фирма Бориса Зингаревича.

ДРУГОЙ ПУТЬ

Взамен традиционных никель-металлических батарей компания Ener1 разработала для автомобилей литий-ионные батареи — подобные тем, что используются в мобильных телефонах и ноутбуках. Качественный скачок в потребительской электронике десятилетие назад во многом произошел как раз из-за смены никелевых батарей на миниатюрные литий-ионные. В декабре 2007 г. прототип батареи от Ener1 был представлен на технологической выставке в Анахайме (Калифорния). Изделие оказалось вдвое меньше по объему, чем никель-металлический аналог, в полтора раза легче (35 кг), а главное — почти втрое дешевле: оно стоит около $1500.

Младший партнер Зингаревича, председатель совета директоров Ener1 Чарльз Гассенхеймер, предрекает перелом в сознании автовладельцев, ведь переплата за гибрид с батареей его фирмы окупится всего за два года. Если, конечно, в погоне за удачей победит именно Ener1. В Америке над литий-ионными батареями для автомобилей работают и другие технологические компании, например A123 Systems и Altair Nanotechnologies. Японские автопроизводители также разрабатывают литий-ионные аккумуляторы. Япония вообще пионер в этой технологии.

В Ener1 также трудятся японские инженеры. Генеральный и технический директор компании — 55-летний химик Петр Новак, ранее работавший в Уральском отделении РАН и уехавший в США. Новак и его американский партнер Майк Зои и основали Ener1 Group. А в 2002 г. к ним присоединился Зингаревич. В ту пору «Илим Палп» отбивалась от атак Олега Дерипаски, и актуальным стал вопрос, куда в случае чего переложить лесные миллионы.

В ШАГЕ ОТ ПРОВАЛА

Поначалу дела Ener1 шли из рук вон плохо: чехарда в менеджменте, постоянные допэмиссии акций, чтобы поднять на бирже очередную порцию финансирования. За пять лет компания истратила на разработки больше $200 млн, еще даже не начав зарабатывать. Были опасения, что не начнет вовсе: обязательства Ener1 превысили стоимость ее активов.

Все изменилось в прошлом году, после того как Ener1 вместо технарей возглавил профессиональный asset manager Гассенхеймер. Он привел в порядок финансы компании и заключил первые реальные контракты. Осенью консорциум по разработке перспективных источников питания (USABC) — минэнерго США, Ford, GM и Chrysler — выделил Ener1 грант на разработку литий-ионной батареи для гибридов. Несмотря на небольшую стоимость контракта ($6,5 млн), для компании Зингаревича он стал эпохальным.

Затем удалось договориться с норвежским производителем электромобилей Th!nk: начиная с 2009 г. норвежцы будут оснащать батареями от Ener1 свои электромобили City. Сумма этой сделки, по оценкам сторон, превысит $70 млн.

Два контракта полностью изменили отношение рынка к Ener1. Еще полгода назад компания стоила $145 млн, а сейчас — $450 млн. И это несмотря на финансовый кризис в США и тот факт, что компания пока не зарабатывает. За девять месяцев 2007 г. выручка Ener1 составила жалкие $191 000, а чистый убыток — $11,1 млн. Однако инвестор Борис Зингаревич, вложивший в Ener1 не один десяток миллионов долларов, теперь уже в плюсе. Такое бывает только на Западе с его верой в hi-tech и развитым фондовым рынком. В нефтеносной России, где альтернативная энергетика не интересует ни потребителей, ни биржу, эти инвестиции не выстрелили бы.

НОВИЧКАМ ВЕЗЕТ

Борис Зингаревич не единственный российский бизнесмен, по достоинству оценивший зарубежный спрос на альтернативную энергетику. Не говоря уже о возможности успешно капитализировать проекты еще на стадии стартапа. Сейчас на Лондонскую биржу готовится выйти компания Nitol Solar 36-летнего предпринимателя Дмитрия Котенко. Согласно предварительным расчетам инвестиционных банкиров, она в ходе IPO может быть оценена в $1 млрд.

Эта история началась в 2002 г. Тогда московская компания «Нитол» — сравнительно скромный химический трейдер — приобрела в Иркутской области комбинат «Усольехимпром», выпускающий десятки видов продукции с труднопроизносимыми наименованиями, например трихлорсилан. «Это было проблемное предприятие, до этого [много раз] переходившее из рук в руки, — вспоминает депутат местного законодательного собрания Юрий Фалейчик. — Оборудование в Усолье не менялось с 1950-х гг., там использовали ртутный гидролиз — устаревшую и экологически опасную технологию». К предприятию одно время присматривалась группа «Ренова» Виктора Вексельберга, владеющая соседним «Саянскхимпромом», но покупать «Усолье» все же не рискнула.

Команда молодых менеджеров из «Нитола» во главе с Дмитрием Котенко привела комбинат в порядок: очистила от долгов через процедуру банкротства, закрыла самые вредные производства, наладила сбыт. Предприятие вышло из кризиса во многом благодаря экспорту смол и ПВХ — сырья для пластмасс. «Усольехимпром» мог и дальше оставаться промышленным предприятием-середняком с годовой выручкой меньше $100 млн. Но у команды Дмитрия Котенко нашлась идея получше.

Из того самого трихлорсилана решили выпускать поликристаллический кремний для солнечных батарей. Это оказалось фантастически выгодно. Поликремний «солнечного» качества, то есть практически без примесей, стоит на порядок дороже таких цветных металлов, как медь или никель, — более $70 000 за 1 т. Котенко оказался на гребне волны: производители солнечных батарей сейчас испытывают дефицит поликремния. «Нитол» в I квартале еще только собирается начать его производство, но уже продал все объемы до конца 2010 г. В списке покупателей значатся лидеры солнечной энергетики — американская Suntech и китайская Trina.

Наконец, «Нитол» выделил производство поликремния в отдельную компанию — Nitol Solar. Она планирует привлечь финансирование на сотни миллионов долларов в ходе IPO. Как и в случае с Ener1, речь идет о компании, которая еще не зарабатывает и только-только начинает производство. Удача сопутствует подобным предприятиям, разумеется, не всегда.

НЕЛЕГКИЙ PLUG

На производственную площадку Ener1 в Индианаполисе зачастили с визитами американские конгрессмены. Сейчас там заканчиваются испытания литий-ионных батарей (они должны быть надежными и не перегреваться), а в июне по планам начнется их промышленное производство. До этого времени Борис Зингаревич не хочет подробно комментировать свой проект: боится сглазить.

Его можно понять. Венчурные инвестиции — штука рискованная: можно по-крупному выиграть, а можно и проиграть. Вот у миллиардеров Владимира Потанина и Михаила Прохорова опыт инвестиций в hi-tech однозначно успешным пока не назовешь.

В 2006 г. группа «Интеррос» и подконтрольный ей «Норильский никель» с большой помпой объявили, что покупают крупный пакет акций компании Plug Power. О ее перспективах Прохоров даже докладывал Владимиру Путину.

Plug Power во многом похожа на Ener1 Зингаревича — тоже американская, тоже публичная компания. И тоже разрабатывает энергетические установки — только не аккумуляторы, а водородные топливные элементы. Водородные установки, например, уже используют телекоммуникационные компании США в качестве источников резервного питания. Так же как Ener1, на свои разработки Plug Power получает гранты от министерства энергетики США — оно поощряет развитие альтернативных способов получения энергии.

Только денег Прохоров с Потаниным потратили больше, чем Зингаревич. За 35% акций Plug Power они выложили $243 млн. Итог пока неутешителен: сейчас исходя из рыночных котировок доля российских предпринимателей стоит всего $150 млн. «Это стратегическая инвестиция, итоги можно подводить не ранее 2010 г.», — дипломатично поясняют в «Интерросе». Между тем Plug Power считается частью энергетических активов «Норникеля». А они, как известно, могут пойти с молотка в ходе предстоящего раздела имущества между Потаниным и Прохоровым.

Акционеров «Норникеля» подкупило то, что в производстве топливных элементов используется палладий, который «Норникель» выпускает в больших объемах. Так что если водородные батареи станут по-настоящему массовым товаром, это может открыть продукции «Норникеля» новый, перспективный рынок сбыта. Заместитель гендиректора «Интерроса» Сергей Батехин даже собирался выпускать в России водородные батареи по технологии Plug Power. Однако разработки, обещавшие удешевление водородных технологий, идут медленнее, чем планировалось.

К тому же у «Норникеля» не так уж много рычагов влияния на ситуацию в Plug Power: российские акционеры участвуют в управлении только через совет директоров, а не через лояльных им топ-менеджеров, как у Зингаревича в Ener1.

Но и Ener1 успех еще не гарантирован. Ниша гибридных автомобилей только развивается, и еще многое непонятно: какие из технологических решений победят, когда гибриды смогут стать по-настоящему массовым товаром, кто победит в конкурентной борьбе и т. д.

В любом случае к 2010 г. на рынке появятся уже десятки разнообразных гибридных машин. «В мире 49 крупных автопроизводителей. Кем-то из них наши технологии определенно будут востребованы», — излучает оптимизм глава совета директоров Ener1 Гассенхеймер. Он не исключает, что в будущем какая-нибудь из автомобилестроительных компаний предложит за саму Ener1 «хорошие деньги».

Возможно, впрочем, что Ener1 останется семейным бизнесом. Не случайно же операционным директором Ener1 назначен сын лесопромышленника — 26-летний Антон Зингаревич. Три года назад он работал в Fortress Sports Fund, который интересовался покупкой футбольного клуба «Эвертон». Тогда отцу пришлось публично открещиваться от своей причастности к футболу.

Сейчас сын работает на отца. Зингаревич-младший окончил бизнес-школу в Лондоне и интересуется более продвинутыми проектами, нежели лесопромышленный бизнес. Лесные компании стоят сейчас немногим дороже своей годовой выручки (коэффициент P/S составляет 1-1,3). А вот производитель «батареек» для автомобилей будущего, который уже на стадии стартапа тянет на полмиллиарда, — это совсем другое дело!

Илья Хренников, www.smoney.ru

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. По-моему, электромобили лет через 50 полностью заменят бензиновые в там, где не требуется большой скорости и нагрузки

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here